21:14 

Деанон

dekstroza
per aspera ad astra
В общем вот, решила что должно лежать у меня в дневнике, а то автор я или где?:-D

Название Лучшие друзья
Бета: WTF Tony Stark 2017
Размер: миди, 4481 слово
Пейринг/Персонажи: намек на Тор/Тони
Категория: джен
Жанр: флафф, AU
Рейтинг: G
Краткое содержание: Вольное извращение анонимной заявки: "У Тони особые отношения с техникой, а асгардская магия это очень-очень продвинутая техника. Нет, поднять молот Старк канонично не может... Старк просто с ним общается."
Написано для WTF Tony Stark 2017

Сначала пробуждение немного раньше будильника, старого механического чудовища, которое он контрабандой пронес в Башню и которое Тони, предварительно обозвав «хламом» и еще парочкой десятков менее приличных слов, привел в такую безукоризненную согласованность с чувством времени Джарвиса, что теперь его точности позавидовали бы хронографы Patek Philippe. Затем привычные тридцать миль по дорожкам Центрального Парка, горячий душ, кнопки и рычажки которого поддались с первого раза, и, как апогей упорядоченной обыденности — пышный омлет и восхитительный аромат свежемолотого кофе.

Видимо, на него, как дракон на золото, и выполз из своей пещеры, по ошибке названной мастерской, Тони Старк.

Впрочем, и это было делом привычным, своего рода ритуал, повторявшийся почти каждое утро, когда они оба были в Башне. Если верить Джарвису (а кому и верить, как не ему?), Тони как-то признался, что ни одна из лично собранных им кофеварок не варит кофе так, как Стивен Грант Роджерс в старой медной джезве, купленной на какой-то гаражной распродаже в Бруклине. Не то чтобы Тони не старался собрать что-то новенькое, чтобы воспроизвести Стивов шедевр. Старался, но... как-то неубедительно. О чем и Стив, и Джарвис тактично старались ему не напоминать.

Итак, было утро, солнце, кофе, взъерошенный Тони, на ощупь пробравшийся к столу и умудрившийся, не открывая глаз, цапнуть кружку, оперативно наполненную Стивом, и то ощущение нормальности, которое так редко посещало Роджерса после пробуждения в новом веке.

И Мьёлнир, зависший над старковым плечом.

Тревожный звоночек, не раз спасавший Стива в самых, казалось бы, безнадежных ситуациях, тут же забарабанил по вискам, требуя встать и немедленно уйти, чтобы не портить это, воистину, чудесное, утро. Но он позволил себе проигнорировать его. Ну, подумаешь, молот. Ну висит, как приклеенный. Ничего особенного, ведь так? Ведь, кроме чувства опасности, у Стивена ничуть не менее было развито любопытство, иначе новый век давно бы свел его с ума и поэтому...

— Джарвис, Тор вернулся?

Тони, казалось бы, уже задремавший над кружкой (хотя вот это точно — из области невозможного), тут же встрепенулся и автоматически попытался пригладить непослушные вихры, сейчас больше напоминавшие воронье гнездо, а не дорогую модельную стрижку.

— Где? Когда? Джарвис, почему я не в курсе?

— Сэр, насколько мне известно, Его Высочество, по поручению Всеотца, продолжает инспекцию, кажется, уже восьмого, по счету, мира.

— Опять с Хеймдалем сплетничали, — ехидно прокомментировал Тони, на что Джарвис дипломатично промолчал. — Ты бы только видел эти посиделки, с ума сойти можно, если, конечно, есть с чего сходить. А вообще с чего ты взял, что Тор вернулся?

Стив в ответ просто ткнул пальцем за правое плечо Тони, над которым величественно покачивался Мьёльнир.

Тони обернулся и, просияв радостной улыбкой, настоящей, а не привычной кривой ухмылкой одним уголком рта, звонко хлопнул ладонью по исписанной рунами поверхности, услужливо взявшего немного выше, для удобства Тони, молота. А потом повернулся к Стиву и вопросительно посмотрел на него.

Нет, не так.

Тони повернулся к Стиву и вместе с Мьёлниром уставился на кэпа.

Стив, для порядка, встряхнул головой, но чувство, что молот смотрит на него, не только не прошло, но даже усилилось. Наверное, последняя серия «Терминатора» вчера была лишней. Определенно. Хотя, проживая в доме, управляемом Джарвисом (и периодически модернизируемом Старком), трудно не начать подозревать технику вокруг в способности оживать в самый неподходящий момент. Стоило ли удивляться тому, что боевое оружие асгардца может смотреть?

Стив на миг представил как его собственный щит, с легким бруклинским акцентом, делится с ним взглядами на стратегию ведения последнего боя Железным Человеком и осуждающе звенит вибраниумом, полностью соглашаясь со Кэпом, что «стреляй во все что шевелиться и старайся увернуться от ответного огня» к стратегии и тактике не имеет никакого отношения.

Стив смиренно вздохнул, прощаясь с обыденностью нового утра.

— Что? — попробовал оправдаться он. — Молот. Тор. Логично?

Мьёльнир и Тони переглянулись.

— Послушай, Мьёль, мне одному здесь кажется, или тебе только что отказали в свободе воли? Как же так, Кэп? Где же твои любимые «равенство, братство?» Или некоторые у тебя ровнее других? Квадратнее? Прямоугольнее?

Молот осторожно ткнул рукоятью Тони в бок, и тот моментально переключился на него:

— Я, между прочим, тебя защищаю, неблагодарная ты задница! Чем ты снова недоволен?

— Мне кажется, сэр, что отважный Мьёльнир огорчен вашей задержкой на пути в спальню, — вклинился в разговор Джарвис, — и непродуктивностью полемики с капитаном Роджерсом, который, в силу незнания некоторых фактов, не может объективно судить о способностях великого Мьёльнира.

— Эй! — возмутился Тони, — вы что, сговорились? Я запрещаю вам сговариваться за моей спиной!

— Поздно, сэр. Уверен, ваш гений способен смириться с этим, и данный факт не помешает отправиться спать. Обещаю, если вы сделаете это прямо сейчас, леди Фрига не узнает, что вы снова не спали больше двух суток, и мне не придется разучивать новые колыбельные для вас.

— Джарвис, у тебя замашки прирожденного диктатора! — отчего-то счастливо резюмировал Тони, потягиваясь и зевая во весь рот. — Никогда, слышишь Кэп, никогда не создавай самообучающийся ИИ, если не хочешь чтобы в один прекрасный день...

Что именно произойдет в этот день по мнению Тони, Стив дослушать не успел, потому что Старк душераздирающе зевнул, проглотив остаток фразы, и молот, воспользовавшись заминкой, наконец столкнул Старка со стула и, упершись в поясницу, просто-таки вытолкал из кухни, не обращая внимания на слабые вопли возмущения и ругательства на нескольких языках одновременно. Не сказать, чтобы Стив сильно огорчился: конец света была не самой его любимой темой, честное слово, а мысль об асгардских колыбельных после демонстрации Тором своих вокальных данных, вызывали нервную дрожь. Гораздо меньшую, надо признаться, чем возможная одушевленность Мьёльнира. Джарвис, Дубина, Лапа-Растяпа — более чем достаточно для домашнего уюта. Да и вообще: сегодня молот воспитывает Тони, что, прямо скажем, очень неплохо, а вдруг завтра примется за остальных жильцов башни?

— Простите, мистер Роджерс. Надеюсь вы не обиделись на сэра Тони за столько внезапный уход, но вы же знаете — еще немного кофе, и он опять пойдет в мастерскую, а сон за верстаком — это не то, что полезно для его спины, — вывел Стива из задумчивости Джарвис. — Если это не будет воспринята как дерзость с моей стороны, хочу сообщить, что в башню только что доставили пять новых груш по спецзаказу мистера Старка...

Стив облегченно выдохнул. Ему просто необходимо было отвлечься на что-то. На что-то обыкновенное, обыденное, привычное. А деревянный пол зала, яркий свет и новые снаряды гарантировали возвращение спокойствия за каких-то полчаса.

— Джарвис, ты — чудо.

— Вы слишком добры, капитан, но я не буду разубеждать вас.

Кажется, день еще не был окончательно испорчен.





Тони любил технику.

Нет, не так.

Тони обожал технику. Страстно и безоглядно.

Любую.

Старую и новую, работающую и сломанную (и не понятно какую даже больше), микроскопическую и в масштабе всей планеты. Он писал ей оды, используя двоичный код, он отдавал ей все свое время без перерыва на сон и обед, он забывал себя, растворяясь в мире, где все, с одной стороны, подчинялось строгим законам, а с другой — легко сдвигалось в нужном Тони направлении. Все эти бесчисленные ДУПы и ДПРы, статоры и щеточно-коллекторные узлы*, ОЗУ, ПЗУ и прочие генераторы тактовых импульсов, их устройство и работа были его возлюбленными, его музами, его кумирами, которым он хранил истинную верность, не взирая ни на что. .

Надо ли удивляться, что техника отвечала Тони тем же?

Нет, как в любых отношениях тут тоже были свои размолвки и разногласия, смертельные обиды и бурные примирения, взлеты и падения, причем в прямом смысле этих слов. Кипели шекспировские страсти, и очень часто пахло паленым, причем, паленым Тони пахло намного чаще, чем хотелось бы ему самому. Вспомнить хотя бы Марки с 31-го по 35-ый, хотя нет, лучше к ночи не вспоминать. Вообще, жизнь била ключом и раз за разом промахивалась мимо старковой головы.

А потом Тони узнал, что в мире действительно есть магия.




— Так, хорошо, немного левее и сместить градусов на десять, как ты предлагаешь. Что думаете?

Голос Тони, хорошо слышный из любого угла мастерской, настиг Брюса на пороге. Не то чтобы дело было сильно срочное, но... посоветоваться не мешало. И хотя быстрее было сделать это по внутренней связи, Брюс предпочитал личное общение. Он не признался бы никому, но уж себе-то врать точно не привык: общество Тони дарило ни с чем не сравнимую дозу самоуверенности и, если хотите, здоровой научной наглости, после принятия которой на грудь, он готов был сворачивать горы без изменения цвета кожи.

Нельзя сказать, что Беннеру не хватало свежих, оригинальных идей, хватало и с лихвой, но многолетняя привычка к жесткому самоконтролю проявлялась и тут: извечным вопросом «А что, если...?» и подсознательным страхом, что ничем хорошим для окружающих это «если» не закончится.

После разговора с Тони никаких «если» быть не могло.

Другой момент — Старка стоило принимать строго дозированно, потому как некоторые совместные творения им до сих пор не вспоминал разве что ленивый, но тут уж Брюс давно вычислил свою норму и, как бы ни хотелось порой, превышать ее слишком часто не спешил.

К тому же, Тони всегда искренне радовался его приходу, их разговорам и взаимодействию. Брюс, благодаря Халку, стал очень чувствителен к интуитивному распознаванию фальши в отношениях, и общение с Тони было одной из немногих отдушин, тем, что не напрягало, не заставляло прятаться под маской одной из двух общепринятых личин. Это было отдельное удовольствие: существовать на одной волне, быть принятым и понятым таким, каков ты есть, очень долго считавшееся навсегда утраченным, и потому Брюс не то, чтобы огорчился, поняв, что Тони, по всей видимости, в мастерской не один, ибо Джарвис манией величия не страдал, обращение к нему на «вы» от Тони было чем-то из области фантастики, а до консультации у ботов Старк не опустился бы, наверное, и под страхом смертной казни, но почувствовал некоторую неловкость, и уже собирался было повернуть обратно, когда Джарвис счел нужным доложить о его приходе.

— Доктор Бенер, сэр.

— О, Брюс, хорошо, что ты зашел. Знаю-знаю, это не твой профиль, но мы тут уже битых полчаса, или сколько там уже, Джарвис? Ломаем голову над этой схемой, и никак не можем решить, где лучше разместить узел, чтобы не терять в мощности в угоду функциональности. Не посмотришь?

— Сэр, извините что вмешиваюсь, но, мне кажется, доктор Бенер пришел обсудить какой-то свой вопрос и, с учетом того, что ваш рабочий день продолжается уже двадцать два часа сорок минут и двадцать секунд, и никаких существенных улучшений в схеме за это время не произошло, думаю, вы вполне можете отвлечься на проблему доктора. Тем более, что многие уважаемые специалисты находят смену деятельности чрезвычайно благотворной при решении ряда проблем. Это если не брать во внимание точку зрения о положительном влиянии на мозговые процессы своевременного принятия пищи, чем вы могли бы заняться при обсуждении вопроса, волнующего доктора. Под пищей они понимают не декалитры кофе, сэр.

— Джарвис, ну ты и зануда! Какие-то жалкие пару чашек кофе считать декалитрами!

— Я просто высказал свою точку зрения, сэр. И если пара сегодня равна тридцати, прошу простить мне мою арифметическую несостоятельность.

Тони недовольно засопел, и Брюс невольно улыбнулся, наблюдая этот маленький спектакль. Невооруженным глазом было заметно, как Старка просто разрывает между обидой на въедливую сущность своего электронного дворецкого и самодовольством от осознания, что именно благодаря ему Джарвис такой, каков он есть.

— Ну, а ты чего молчишь, предатель? Последняя чашка кофе была, между прочим, принесена тобой!

Брюс уже было открыл рот, чтобы ответить на необоснованное обвинение, когда понял, что Тони обращается вовсе не к нему. Тот в упор смотрел на покачивающийся рядом с ним молот Тора, не замеченный Бенером вначале из-за множества голограмм, висевших вокруг него, и, кажется, думать забыл о Брюсе, вовсю жестикулируя перед носом (хотя откуда у него нос?) Мьёльнира.

— Что значит, Джарвис прав? А полчаса назад был прав я? Тебя Локи, случаем, за рукоять не хватал? А то очень похоже. Ты смотри, вдруг это не лечится. Нет, даже слушать не хочу, и Вольштагг — не показатель! Он ас, мне столько не надо. Брюс, ну хоть ты, как врач скажи, что человеку в сутки доста...

А, нет, не забыл. Хотя что-то внутри сиюминутно пожелало Тони амнезии и оказаться этажей за сорок километров отсюда. Это же «что-то» не раз отводило его от людей Роса и помогало утихомирить почти взбесившийся пульс, поэтому не удивительно, что Бенер этому «чему-то» доверял. И махнуть бы на гордость рукой, сбежать в тишину своей лаборатории, но рядом стоял Тони, и взгляд у него был такой... такой... ни дать, ни взять — обиженный ребенок, которого злые взрослые заставляют прервать увлекательную игру ради каких-то мифических калорий, а лучший друг оказался предателем и голосует за пресловутый компот.

Компот Брюс с детства ненавидел. Дурацкие сушеные груши и разбухший изюм. Одна радость — если попадется курага, но радость эта столь редка и эфемерна, что не стоит и упоминания, а вот дружба с Тони — настоящие и все время.

Мьёльнир взмахнул кожаной петлей, словно приветствовал давнего, уважаемого противника, а на самом деле, Брюс в этом был абсолютно уверен, намекая, что лучше бы некоторым неожиданным гостям помолчать. Бенер внезапно поймал себя на том, что тот, другой, внутри него, радостно скалится в ответ на этот немудреный жест, и его улыбка заставляет складываться губы в совершенно неуместный для тихого доктора оскал. То, что Халку нравился Железный Человек, и ради него он готов практически на все, ни для кого не было секретом. То, что Беннер прекрасно помнил, как больно бился кусок метала в грудную клетку, не знал никто. И пускай Брюс с Тором давно принесли друг другу взаимные извинения, и Халк вполне себе ладил с белокурым гигантом, но, по всей видимости, к молоту это не имело никакого отношения.

Сейчас Халк недвусмысленно давал понять Брюсу, что Мьёльнир — живой. Или, если пользоваться более точной терминологией — наделенный интеллектом. Иначе объяснить самостоятельность его действий — а именно в этот момент он, не слишком вежливо тыкая рукояткой куда-то в поясницу Тони, вынуждал их штатного технического гения двигаться в сторону оборудованной зоны отдыха, включавшей в себя кухонный уголок и удобный диван — не получалось. Конечно, можно было списать все на разыгравшееся воображение или на волю Одинсона, но... С учетом просто потрясающей в большинстве вопросов наивности и доверчивости Тора, представить его надзирающим за режимом дня Тони не получалось категорически, а вот в то, что та же Фриг могла приставить к этим двум раздолбаям кого-то, кто может предостеречь и присмотреть, верилось очень хорошо. Тем более что Джарвис, скованный множеством протоколов, зачастую существенно повлиять на Тони не мог. Ну не вызывать же каждый раз тяжелую кавалерию в виде мисс Поттс или Капитана Роджерса?

— Так что ты хотел, Брюс? — Тони, добравшийся до дивана, не выглядел слишком расстроенным вынужденным перерывом, и его, видимо, совсем не напрягал молот, зависший над макушкой.

Зато тот сильно нервировал Халка, готового сигануть наружу и спасти Тони от мнимой напасти.

Заодно разгромив нежно любимую Старком мастерскую.

Но Брюса совсем не за красивые глаза называли одни из пяти умнейших людей планеты.

— Хотел предложить помочь мне с ризотто. Знаешь, Наташа откуда-то привезла чудесные грибы. Borovichki. Кажется, так. Аромат на всю кухню. Заявила, что гениальность на кулинарию не распространяется, и все, что не содержит в себе микросхему, недоступно для нашего понимания. Пришлось поспорить. Если проиграю — неделя спаррингов. Ты как? Не то чтобы я был против спорта как такового, но боюсь, что Халк признает только один вид борьбы, где он — победитель. Не хотелось бы отстраивать полгорода заново. Заодно обсудим сплавы для биопротезов. Мне как раз пришли образцы, хотел, чтобы ты оценил.

Если до этого колебания Тони были более чем заметны, то последние слова развеяли все сомнения.

— Вперед. На borovichki! — воскликнул он, привычно отмахиваясь от заступившего дорогу молота и выходя наружу.

Брюсу оставалось только надеяться, что ничего не подозревавшая Наташа не убьет его за порчу продукта, а Джарвис и Мьёльнир — за так и не накормленного Тони.




Волшебство — это хорошо. Магия и волшебники — это замечательно, особенно когда ты в них веришь. Первые три года или пять, или семь — тут как повезет. Некоторые всю жизнь ищут свой Хогвартс, что же теперь, ловить пролетающих мимо сов и требовать отдать тебе письмо?

Зеленые подадут иск, пресса обрадуется, а Пейпер снова потребует прекратить пить. Скучно.

Но когда ты с четырех лет точно знаешь, что такое припой, в шесть первый самостоятельно собранный робот с пронзительным свистом считает своим корпусом углы в доме, а начиная с шестнадцати, с твоим мнением считаются не только крупные игроки на рынке производства оружия и научное сообщество, но и самые сильные хакеры мира, когда взломать любую систему — вопрос времени, а не возможности, и окружающее пространство окутывает тебя с головы до ног ласково покачивая на волнах цифр, формул, графиков и диаграмм, когда все — объяснимо и логично, тяжело верить в чудеса. Если только они не являются следствием точного математического расчета. Но это уже наука, а с наукой у Тони любовь с первого взгляда.

И, понятное дело, тяжело, когда тебе за тридцать и кварк — это не ругательство, а объективная реальность, обрадоваться знакомству с парнем, легким движением руки способным повернуть время вспять или исчезнуть, пока ты смаргивал недоумение. Без единой, мать ее, схемы.

И ладно бы это была какая-то мутация, ген Х — природа любит шутить, Тони не в обиде. В конце концов и его гениальные мозги можно считать какой-то незапланированной аберрацией, но, черт побери, не это же!

Поэтому, когда к Тони подкатил Локи со своим посохом и желанием подчинить, вопросом жизни и смерти стало доказать этому недокормленному выскочке, что чтобы победить, совсем не обязательно быть магом. И даже совсем наоборот — быть магом опасно для здоровья. Куда лучше быть Тони Старком. Ладно, ладно! Мстителем. Вместе они сила, бла-бла-бла и никакие способности к телепортации не спасут от разъяренного Халка, желающего проломить вами вручную набранный из венге паркет. Как-то так.

Тони не любил магию по вполне себе объективным причинам — не стыдно признаться после полета почти с верхушки башни и последующей битвы с чатаури. Но потребовалось толкнуть ракету в портал, умереть, воскреснуть, попробовать шаурму, завалиться в кровать, чтобы, резко проснувшись от кошмара, в котором злые звезды смотрят на тебя со всех сторон, понять и принять очевидное: Локи — это отраженный в кривом зеркале Тони. Дорвавшийся до знаний и сумевший благодаря технике, пусть и собранной не его руками, взять природу под контроль. И слегка свихнувшийся на этом контроле, не без этого. Неприятное открытие, если опускаться до частностей. Но если обойтись без перехода на личности, то выходит что Асгард — это не волшебная страна, а высокотехнологичный мир, настолько совершенный в своем скачке прогресса, что это уже воспринимается как нечто невозможное.

И уж кому как не Тони, с его способностью обходить невозможное, поверить в его реальность?




Всем были хороши стрелы, которые делал для Бартона Старк. На любой вкус: взрывающиеся, замораживающие, с генераторами высокочастотных электромагнитных импульсов, с наконечниками, способными воспламенить что угодно — все и не перечислишь за раз. Одно было плохо — они, как и все хорошее, имели свойство заканчиваться.

Вот и сейчас, стоя на верхушке очередного облюбованного пришельцами небоскреба, Клинт со свойственным только ему одному оптимизмом прикидывал, как долго он сможет продержаться с луком наперевес против бронированного нечто, сильно смахивающего на утконоса-переростка, прежде, чем ему придется испытать силу земного притяжения на своей собственной шкуре.

— Тиль, помощь нужна? — Старк со своими нескончаемыми прозвищами появился как нельзя кстати.

— Так, залп-другой, если твоя железная задница не сильно перенапряжется от этого.

— Лентяй! Все приходится делать за тебя.

— Рразговорчики! — голос Стива в наушнике на сотую долю опередил комментарий Бартона, но Клинт не был бы собой, если бы не собирался в ближайшем будущем развить эту тему. Понятное дело — в более спокойной обстановке, а не когда в тебя палят со всех сторон и все что остается — только уворачиваться в ответ. — Железный Человек, доложи ситуацию.

Тони, между тем, завершив изящный разворот в воздухе, проскользнул под брюхом «утконоса», попутно вспарывая его вырывающимися из перчаток лучами.

— Минус один. И, кажется, я наконец-то засек место, откуда они к нам периодически лезут. Тор, подбросишь Соколиного Глаза до арсенала? Нам не помешал бы десяток-другой стрел, когда мы будем затыкать эту дыру.

Клинт только на секунду отвлекся, высматривая летящего к ним Тора, когда тварь, в агонии дернув хвостом, обхватила Тони поперек туловища и, дернув на себя, увлекла в мешанину обломков и стеклянного крошева, рухнув с крыши. Миг — и не ее, ни нелепо взмахнувшего руками Старка не стало.

В ту же секунду Тор, только-только приближавшийся к крыше, резко сменил направление, нырнул следом за Тони. И Клинт мог бы поклясться на собственном луке — выражение лица громовержца при этом было самое что ни на есть удивленное. Словно не он сам принял это решение, а его молот, в сотые доли секунды обработав полученную информацию, дернул хозяина туда, где они, несомненно, были в этот момент намного нужнее.

Когда Клинт благодаря сломавшему последней находящейся поблизости твари хребет Халку все-таки оказался на земле, его взору предстала довольно забавная картина: Тор с красным то ли от натуги, то ли от смущения лицом пытался поднять молот, намертво пригвоздивший лежащего в позе морской звезды Старка. Лицевая пластина отсутствовала и взгляд Тони, наблюдающего за потугами асгардца, был самый что ни на есть тоскливый.

— Друг Тони, я не знаю, что это с ним. Неужели я снова потерял свою силу? — Тор наконец признал свое поражение в борьбе с собственным оружием и отошел на шаг.

— Не думаю, Тор, что дело в тебе. Ладно Мьёль, согласен, портал можно закрыть и без меня. — сказал Тони. Молот не приподнялся ни на миллиметр.

— Хорошо, — чуть более раздраженно продолжил Старк, — я останусь здесь до прибытия медиков и дам себя осмотреть, идет?

Молот остался там, где был. Бартону же происходящее все больше напоминало дешевую комедию. Как бы он ни любил свой лук, ему никогда не приходило в голову одушевлять его, в то время как, похоже, Тор и Тони занимались сейчас именно этим.

— Окей, ты сам можешь доставить меня до больницы и убедиться, что я в порядке, идет? — окончательно сдался Тони.

Молот немедленно скользнул с груди в руку Железному Человеку и осторожно потянул его вверх, потихоньку отрывая от земли.

— Координаты портала я скинул Кэпу и Вдове. Развлекитесь за меня, парни, — успел проговорить Старк, прежде чем Мьёльнир увлек его в сторону башни.



— Надеюсь, Тор, твой молот успеет вернуться к тебе до того, как еще какая-нибудь мерзость свалится на наши головы — голос Кэпа, раздавшийся за их спинами был совершенно спокоен, словно ему было не впервой наблюдать за таким своеволием легендарного оружия.

Впрочем, и Халк, и Наташа не выглядели сильно удивленными.

— Постойте, постойте, это что же, теперь у Тони будет сила Тора? Немного несправедливо, не находите? Почему именно он? У него, между прочим, уже есть костюм! Если все так просто — я тоже могу прилечь и немного пострадать, уверен: оно того стоит, — не выдержал такой мировой несправедливости Клинт.

Как же, все знают, что молот имеет свою волю, а он еще нет. Где хваленое американское равноправие? Ладно Наташа, ей просто положено знать все и всегда, ладно Капитан — командир обязан просчитывать такие моменты, но Халк, Халк-то тоже совершенно спокоен. Рыкнул лишь напоследок, словно сам хотел отправиться проследить за тем, что с Тони все будет в порядке, но и только.

— Не думаю, друг Хоукай, что будет силой мне подобен Железный Человек, — наконец-то очнулся Тор, — но беседы об этом, мнится мне, более приличествует вести вне поля брани.

—Тор прав, — вынес свой вердикт Кэп, — поговорим об этом вечером. Сейчас у нас еще осталось незаконченное дело. Я вызвал квинджет. Мстители, вперед!



Когда чертов портал был закрыт, и все благополучно вернулись в башню, оказалось, что Тони с его стандартным набором травм — сотрясением мозга и трещинами в ребрах — спит под присмотром Джарвиса. В ближайшие пару недель Мстителей ожидали нытье и плохое настроение Старка из-за невозможности принимать участие в миссиях лично или сутками напролет торчать у себя в мастерской, а, значит, вынужденного заниматься исключительно делами компании, которым туго стянутая бинтами грудная клетка была не помеха.

Так что Клинт последовал примеру Старка и хорошенько отоспался, после чего долго и с удовольствием плескался в душе и, наконец, выполз, влекомый аппетитными запахами, на кухню, обнаружив там Наташу, Бенера и Тора. Стив, удивительно гармонично смотревшийся в фартуке с большими белыми ромашками, ловко орудовал щипцами, переворачивая сочно шкворчащие куски мяса на сковородке. Большая миска салата, гора золотистого картофеля и чесночные хлебцы, на которые был особенно падок Тони, довершали увиденную идиллию.

—- А где Старк? — поинтересовался Клинт, прикидывая сколько хлебцев успеет стащить, прежде чем появится Тони.

— Воюет с Пеппер по телефону, — отозвалась Наташа. — Еще минут десять спокойной жизни нам обеспечены. — И, заговорщичеески подмигнув, подвинула корзинку с хлебцами поближе к Клинту.

— Ну, раз так, может, Тор, ты наконец объяснишь, что такое сегодня было? С каких это пор твой молот сам решает, что ему делать. Он что, живой?


Тор ощутимо смутился и принялся вертеть в руках вилку. Вилка стойко сносила подобное издевательство и практически не гнулась.

— Не знаю, друг мой Клинт, как и объяснить тебе это.

— Уж объясни как-нибудь. Я в общем-то понятливый.

— Истинно, не станет Железный Человек единоличным правителем Асгарда, ибо не он держал молот, а молот держал его.

— И что это значит?

— Не живое, но разумное оружие наше. И хранит не только владельца своего, а и того, кто достоин с владельцем рядом стоять.

— Стоп-стоп-стоп. А мы, что, выходит, не достойны?

— Извини меня, друг Клинтон, и ты, Капитан и ты, скрывающий великана, и ты, прекрасная Наташа, но лишь один может быть рядом в сердце и лишь одному открыты все помыслы оружия моего. Только ему станет оно лучшим другом и будет хранить и беречь его в пылу честной битвы и в мирском кругу.


Тишина, последовавшая за этим признанием, говорила сама за себя. Первым не выдержал, как ни странно, Стив.

— А Тони, знает? Или нет?
— Чего я не знаю? — Тони появившийся в дверях зорко осмотрел свои владения. — Кости мне моете? Бартон, засранец ты эдакий, а ну положи на место мои хлебцы. Кэп, кстати, у тебя мясо, кажется, пригорает. Да, все помнят, что на этой неделе кино для просмотра выбираю я? Бартон, не надо так кривиться, никто не виноват, что ты плохо учился в школе и не знаешь элементарных законов химии. О, и еще, я тут подумал, нам стоит поработать над вместимостью твоего колчана. Или, может, сделать, чтобы стрелы возвращались назад и сами меняли наконечники? Я еще не решил, но тебе обязательно надо будет сегодня прийти ко мне в мастерскую...

— На следующей неделе, — остановил поток сознания Стив.

— Почему? Зачем откладывать?

— Твои ребра...

— Остались моими ребрами. Ничего особенного со мной не произошло, я в абсолютном порядке и... черт, больно! — Тони дернулся в сторону от слегка задевшего его рукояткой Мьёльнира и угодил аккурат в объятия асгардца. — Тор, урезонь свое оружие! Я не ребенок, и не нуждаюсь в опеке, — заявил он, не спеша между тем выпутываться из бережно обхвативших его рук.

— Не в силах сделать этого я, ведь старше Мьёльнир нас обоих вместе взятых, — заявил Тор печально, нехотя отпуская начавшего трепыхаться Старка.

— Кстати, Тони, а почему он так себя ведет с тобой? Ты не думал? — решила прийти на помощь Тору Наташа.

— А что тут думать? Я люблю технику — техника любит меня. Что не так? Вы чего улыбаетесь? Ну да, Мьёль — оружие. Но со встроенным ИИ. Неужели только я это понимаю? Есть же элементарные признаки, по которым можно сразу отличить магию и технику. Вот, смотрите...



Тони, увлеченно продолжая говорить, подошел к столу. Молот, вынырнувший из-за его спины, скользнув вперед, отодвинул ему стул рядом с Тором, а после того как Тони плюхнулся на него, со сноровкой, наводящей на мысли о хорошо вышколенных официантах, придвинул поближе к своему хозяину. Тони на сотую долю секунды приостановился, словно недоумевая от столь тесного соседства, но тут же, как ни в чем не бывало, принялся излагать свои мысли дальше, казалось бы абсолютно не обращая внимания на счастливо улыбающегося Тора, и Клинт, улучив момент, наклонившись к Наташе шепнул:

— Ставлю полтинник на то, что Тору ничего не светит!

Наташа, загадочно улыбнувшись в ответ, кивнула.


-------------------------------------
* ДУПы, ДПРы, статоры, щеточно-коллекторные узлы - узлы и элементы электрических машин


@темы: @Мстители, @Если долго мучиться - Тони Старк получится..., @В погоне за Тони

URL
   

Показатель преломления

главная